Сложность сознания и инструменты войны
Думая шаблонами прошлого невозможно построить мир будущего.
Что собой представляют эти шаблоны на практике и как начать думать в новых, более сильных категориях, рассказывается в недавно вышедшей книге «Наука складности«.
Все материалы нашего сайта основаны на науке складности. А сегодня мы публикуем одну из глав книги, в адаптированном под самостоятельную статью варианте.
В последнее десятилетие в международной политике вошёл в моду термин «гибридная война». Согласно Википедии он означает сборную солянку несиловых методов подавления противника. Более внимательное исследование вопроса возводит нас к «Протоколам Сионских мудрецов» начала 20в, «Плану Даллеса» середины 20в, и «Доктрине Герасимова», принятой в 2013г на вооружение ВС РФ… хотя последние это гибридно отрицают.
Но что такое несиловые методы нападения? Какова их структура? Каковы последствия их применения? Как нам определить, если в кране нет воды – это уже нападение, или ещё нет? А если нападение – то что мы потеряем в результате – чистоту рук, или здравый смысл?
Наука складности позволяет нам рассмотреть эти вопросы под новым углом: не как нападение на живую силу и технику, а как нападение на деятельность общности людей и их сознание. В этом ракурсе гибридная война, как фрегат, разворачивается к нам бортом, со всеми открытыми люками своих орудий и, в тот короткий момент, пока по нам не жахнули, даёт себя рассмотреть во всей красе.
Однако, прежде чем мы займёмся анализом особенностей военного столкновения, нам необходимо рассмотреть наше собственное утлое судёнышко, которое оказалось в столь неудачном месте в неудачное время – наше сознание, под водительством которого мы действуем. Однажды, когда мне довелось оказаться на современной парусной яхте, сунув свой любопытный инженерный нос в пространство под штурвалом я оказался немало озадачен, увидев там примитивную, как крестьянская телега, передачу, через которую сидящий на горизонтальной оси штурвал крутил при помощи тросов огромный вертикальный барабан, сцепленный с пером руля.
Примитивная – не значит ненадёжная или неудобная. Но изобретение этой конструкции почти такое же древнее, как колесо… ну, не такое, конечно, но Петра I она видела. Уже на судне другой материал паруса, мачты, рубки, бортовой компьютер с радиолокатором, а рулевой механизм всё тот же – потому что работает. Если бы его конструировали сейчас заново, то он был бы каким-то другим, с блэк-джеком и гидроусилителем. Но его не меняют.
Так и наше сознание – содержит напластование чреды конструкционных решений, которые когда-то оказались удачными для преодоления трудностей на своём простом уровне, да так и прижились, обеспечивая нам в тяжёлые минуты несколько уровней управляемости.
Религиозная доктрина, в целом, следует за этим усложнением сознания: человек, в окружающей его природе, способен прозреть только тот уровень сложности отношений, который способен сам понять. Соответственно, силы Природы или пантеон Богов и духов будут отражать его текущие социальные представления – ведь не может же у высших сил жизнь течь проще, чем у людей.
С чего же началось наше сознание?
Очевидно, оно начало свою эволюцию с полуживотного состояния (в скобках, для креационистов и сторонников теории инволюции замечу, что подобное же состояние может быть следствием не только естественной эволюции, но и следствием потери культурной передачи в каком-либо небольшом сообществе после катастрофы, а такие события случались с человечеством неоднократно).
Но, вернёмся к полуживотному сознанию. Какими концепциями будет оперировать человек, который ещё не отлепился в полной мере от матери-Природы? Он живёт под открытым небом, прячется в естественных укрытиях, мокнет под дождём и сохнет под Солнцем. Но мы знаем, что у него уже пробудилось сознание, иными словами он обнаружил СЕБЯ. Других он ещё не обнаружил – чтобы их обнаружить, ему ещё предстоит проделать долгий путь. Возможно, он воспринимает только себя, а, быть может, воспринимает как себя всё своё небольшое племя. Известны полинезийские племена, в словаре которых нет слова «я», а т